Нет комментариев 15.11.2006

“Не надо было пить с русскими”.

С этой мыслью Роберт Лэнгдон медленно приходил в себя. Голова потрескивала, как перезревший арбуз, и в ней было пусто почти как в том же арбузе. Лэнгдон медленно поднес руку к глазам и посмотрел на часы. Начало шестого, вечер. Через полминуты он понял, что это не “ролекс”, а какие-то жуткие электронные часы с непонятной русской надписью на корпусе. Где ролекс, вспоминать не хотелось, да, и не моглось.

Лэнгдон протянул руку за пультом и включил телевизор. В новостях показывали сюжет про похищение экспонатов из Эрмитажа. Tvoyu mat, - почти по-русски подумал Лэнгдон и отогнал мысль, что он может быть причастен к этому.

В память стали приходить подробности вчерашнего дня. Лэнгдон твердо помнил, что приехал в Петербург по приглашению директора Эрмитажа, расследовать какие-то непонятные явления, связанные с картиной Малевича “Черный квадрат”. Вспомнил, как начали отмечать приезд в каких-то подсобных помещениях, потом перебрались в один кабак, потом в другой. Смутно вспоминались прогулка по набережной, разводные мосты. Больше воспоминаний не было.

Черный квадрат. Что-то было не так с картиной, раз меня пригласили - думал Лэнгдон. - Надо будет позвонить Дэну Брауну, предложить идею для книги. Бабла огребем…

Мысль о будущих прибылях взбодрила Лэнгдона, и он стал собираться на встречу.

Принял душ. Побрился. Оделся. Выкинул часы в мусорную корзину. Спустился в бар. Выпил кофе. Вышел на улицу. Выкурил сигарету. Поймал такси. Приехал в Эрмитаж. Встретился с директором. Так как голова у Лэнгдона все еще работала слабо, все предыдущие действия он проделал на автомате.

Пока они шли по залам Эрмитажа, директор рассказывал. Последнее время в зале, где находился “Черный квадрат”, участились непонятные явления, особенно по ночам. Слышались какие-то тихие голоса, пропадали предметы, в общем, полная чертовщина.

Лэнгдон остался один у картины. Картина была ярко освещена. Лэнгдон осмотрел раму, осмотрел полотно. На первый взгляд, ничего необычного не было. Но картина необъяснимым образом манила, побуждала к действию.

Лэнгдон протянул руку, оглянулся, и коснулся картины. Пальцы наполовину погрузились в черноту картины. Испуганно выходнув, Лэнгдон отдернул руку, издав тихий “чпок”. “Прямо Матрица какая-то…” - подумал Лэнгдон.

Дух исследователя поборол страх и Лэнгдон засунул руку поглубже. Пальцы нащупали что-то мягкое, шерстистое. Что-то ЖИВОЕ зашевелилось под рукой. Послышались голоса.

Секунда ступора от ужаса сделала свое дело. Лэнгдон не успел вытащить руку. Он почувствовал, как ОТТУДА сильно дернули и Черный Квадрат как будто накинулся на него.

Здесь полная и кромешная тьма. И в этой тьме раздались голоса:

Ответ на “Ворону и Сыр” в рамках проекта “Пыльца”.

Жми!

 Loading ...